Можно ли понять, что человек врёт, по мимике: разбор сериалов «Обмани меня» и «Менталист»

Что показывают «Обмани меня» и «Менталист»

«Обмани меня» вышел в 2009 году. Главный герой, доктор Кэл Лайтман, читает по лицу микровыражения и по ним безошибочно определяет, кто лжёт. Прототипом послужил психолог Пол Экман, он же консультировал съёмки. Сериал опирается на настоящую научную тему — изучение эмоций по лицевой мускулатуре, — но сильно упрощает её ради драматургии.

«Менталист» устроен иначе. Патрик Джейн не столько читает мышцы лица, сколько наблюдает за людьми, задаёт неожиданные вопросы, использует холодное чтение — набор приёмов, когда по реакциям человека делают обобщённые, но точные на вид догадки. Он виртуозно ведёт беседу, провоцирует, играет на любопытстве и тщеславии. Это ближе к искусству разговора, чем к диагностике по мимике.

Оба сериала дарят зрителю приятное чувство: человек — открытая книга, надо лишь знать шифр. На практике всё сложнее, и дальше разберём почему.

Что такое микровыражения на самом деле

Микровыражения — это очень короткие, доли секунды, непроизвольные движения мышц лица, которые отражают эмоцию: страх, гнев, печаль, отвращение, удивление, радость. Их описали Пол Экман и Уоллес Фризен, а систему кодирования лицевых движений FACS используют и в исследованиях, и в анимации. Это реальное явление, а не выдумка сценаристов.

Но вот ключевой момент, который сериалы опускают. Микровыражение показывает эмоцию, а не ложь. Человек может бояться, говоря правду, потому что боится, что ему не поверят. Может злиться на несправедливое подозрение — и выглядеть при этом «виноватым». А кто-то врёт спокойно, потому что не считает обман чем-то ужасным или хорошо подготовился.

Вдобавок микровыражения длятся меньше секунды и в живом разговоре их почти невозможно замечать осознанно — только на замедленной записи. Эмоция к тому же многозначна: отвращение на лице может относиться к теме разговора, к собеседнику или к собственной мысли, а не к факту обмана.

Что говорят исследования о точности определения лжи

Психологи десятилетиями проверяли, насколько люди умеют отличать ложь от правды. Метаанализ Чарльза Бонда и Беллы ДеПауло, опубликованный в 2006 году, объединил десятки экспериментов с тысячами участников. Средняя точность оказалась около 54 процентов при 50 процентах случайного угадывания. То есть большинство людей чуть лучше монетки, и то незначительно.

Отдельный большой обзор поведенческих признаков обмана, который ДеПауло с коллегами выпустила в 2003 году, показал: универсальных сигналов лжи нет. Пресловутого «носа Пиноккио» не существует. Небольшие различия в поведении статистически улавливаются, но они слишком слабые, чтобы по ним судить о конкретном человеке.

Уверенность в своих способностях с точностью не связана: кто громче всех заявляет, что видит людей насквозь, ошибается не реже остальных. Профессионалы — полицейские, следователи, судьи — в среднем тоже не показывают заметного преимущества, хотя часто убеждены в обратном. Обучение распознаванию микровыражений, по имеющимся данным, не даёт устойчивого роста точности в определении лжи.

Почему нам кажется, что мы видим ложь

Вера в «детектор лжи по лицу» очень живуча, и у этого есть понятные причины. Мы запоминаем случаи, когда подозрение подтвердилось, и забываем, когда ошиблись. Так работает иллюзорная корреляция: мозг сам подбрасывает доказательства своей правоты.

Ещё один эффект — разрыв между уверенностью и точностью. Когда мы задаём человеку неожиданный вопрос, он напрягается. Когда прямо спрашиваем «вы врёте?», у невиновного может перехватить дыхание, покраснеть шея, задрожать голос. Мы создаём тревогу своими руками, а потом принимаем её за признак вины.

Плюс люди по умолчанию склонны доверять: психолог Тим Левин называет это установкой на правду. Поэтому в обычной жизни мы чаще пропускаем обман, чем ловим его, — а когда узнаём правду, начинаем винить себя за невнимательность и искать «систему», которая больше не подведёт. Такой системы для отдельного разговора нет.

На что опираться вместо мимики

Если вам действительно важно понять, что происходит, смотрите не на лицо, а на информацию и на контекст.

Сравнивайте с обычным поведением. Говорите сначала на нейтральные темы, чтобы увидеть, как человек ведёт себя, когда спокоен: темп речи, жесты, взгляд. Отклонение от его собственной нормы информативнее, чем любые представления о «типичном вруне».

Обращайте внимание на содержание, а не на подачу. Несостыковки в деталях, датах, последовательности событий, разные версии одного эпизода — это то, что можно проверить и сопоставить. Отсутствие деталей или, наоборот, слишком гладкий, отрепетированный рассказ тоже стоит заметить, но не как приговор, а как повод уточнить.

Задавайте открытые вопросы. Не «ты взял деньги?», а «расскажи, как прошёл день». Просите уточнить, вернуться к эпизоду, пересказать в обратном порядке — подготовленную историю это затрудняет, а честный человек обычно просто путается в мелочах, как все мы.

Дайте себе труд сравнить факты: документы, переписку, слова третьих лиц — если речь о чём-то серьёзном и у вас есть на это основание. И записывайте услышанное: память искажает детали в обе стороны.

Как вести разговор: конкретные шаги

Порядок действий помогает не превратить выяснение в допрос, от которого никто не выигрывает.

• Сначала честно ответьте себе: что именно я хочу узнать и что я буду делать с ответом.
• Начните с нейтрального разговора и понаблюдайте за обычным поведением человека.
• Формулируйте открытые вопросы: «расскажите, как это было», а не «вы это сделали».
• Слушайте детали и логику, а не следите за бровью и глазами.
• Просите уточнить и вернуться к тому же эпизоду позже — сравните версии.
• Держите спокойный тон: давление рождает нервозность у всех, включая честных людей.
• Не обвиняйте по ходу разговора: как только вы объявили приговор, человек либо замкнётся, либо начнёт защищаться.
• Если возможно, проверьте факты отдельно — без предъявления обвинений.
• В конце отделите вопрос «врёт ли он» от вопроса «что мне делать дальше».

Какие привычные реакции мешают

Не ищите один универсальный признак. Взгляд в сторону, прикосновение к носу, скрещённые руки, пауза перед ответом — всё это встречается у людей и без всякого обмана.

Не объявляйте вслух «я вижу, что вы врёте». Даже если вы правы, вы разрушаете контакт и получаете не правду, а защиту. Если ошиблись — обижаете человека и теряете его доверие надолго.

Не устраивайте допрос с давлением, не лишайте пауз, не перебивайте. В такой атмосфере ошибаются все, и вы в том числе.

Не покупайте курсы «детектор лжи по лицу за пять уроков» и не относитесь к полиграфу как к абсолютному ответу. Полиграф фиксирует физиологическое возбуждение, а не ложь: у спокойного обманщика он может ничего не показать, а у тревожного честного человека — показать реакцию. В суде в России результаты полиграфа доказательством не являются.

Не превращайте проверку близкого в образ жизни. Постоянный контроль телефона, соцсетей и передвижений не даёт безопасности: тревога возвращается, а отношения разрушаются независимо от того, была измена или нет.

Когда обратиться к специалисту

Есть ситуации, где дело не в умении читать людей, а в состоянии, которое трудно изменить в одиночку.

Обратитесь к психологу или психотерапевту, если подозрения занимают большую часть дня, вы не можете думать ни о чём другом, проверяете чужие сообщения и звонки, плохо спите. Постоянная тревога и недоверие — это то, с чем работает терапия, и облегчение вполне реально.

Парная терапия помогает, когда доверие подорвано, но отношения хочется сохранить: там можно договориться, как восстанавливать прозрачность и что каждая сторона готова делать.

Если рядом человек с зависимостью, с привычкой врать по любому поводу, с агрессией — нужна поддержка специалиста, а при угрозе насилия важно обеспечить безопасность и обратиться в экстренные службы: в России единый номер 112. Оставаться в опасной ситуации «ради сохранения семьи» не стоит.

И отдельно: если вам кажется, что вы сходите с ума от недоверия, что вы всё время что-то проверяете и не находите покоя, — это повод прийти к психотерапевту с этим, а не с вопросом «как мне его поймать». Состояние поправимо, и с ним не нужно жить годами.

Частые вопросы