Алекситимия: трудность назвать свои чувства и почему это не диагноз

Что означает слово «алекситимия»

Дословно термин переводится с греческого как «нет слов для чувств»: a — отрицание, lexis — слово, thymos — чувство. Речь не о том, что человек ничего не переживает, а о том, что переживания плохо доходят до сознания и почти не получают названия.

В классическом описании выделяют несколько сторон. Их удобно держать в голове, потому что от них зависит и то, как ставится вопрос в опросниках, и то, с чего начинать практику.

В самых распространённых опросниках эти стороны сгруппированы в три шкалы: трудность идентификации чувств, трудность их словесного описания другому человеку и внешне ориентированное мышление — склонность думать о фактах, делах и событиях, а не о внутренней жизни.

• трудно понять, какое именно чувство я испытываю прямо сейчас
• трудно подобрать слова, чтобы описать это другому
• внимание чаще направлено на внешние события и практические задачи, чем на переживания
• воображение и фантазии, связанные с чувствами, беднее

Как это выглядит в обычной жизни

Разговор с близким человеком на повышенных тонах. Внутри что-то сжимается, голос становится громче, но на вопрос «ты злишься?» следует честное «нет, всё нормально». Не потому, что человек врёт, а потому что связь между телесным напряжением и словом «злость» не выстроилась.

Другой частый сюжет: слёзы без понятной причины. Или наоборот — полное спокойствие там, где другие ждут сильных переживаний, и недоумение, почему вокруг все так реагируют.

В медицинском контексте это иногда выглядит так: человек приходит с головной болью, тяжестью в груди или болью в животе, обследования ничего серьёзного не находят, а расспросы про стресс и переживания вызывают растерянность. Связь алекситимии с телесными жалобами отмечают в исследованиях, но объяснять ею любые симптомы нельзя: обычный медицинский поиск всё равно нужен.

Важная деталь: человек с алекситимией часто не страдает от неё напрямую. Трудности замечают окружающие, а не он сам, — и это одна из причин, почему с такими людьми бывает непросто близким.

Почему алекситимия — не диагноз

Алекситимии нет ни в DSM-5, ни в МКБ-11 — ни как отдельного расстройства, ни как подтипа другого. Это не упущение составителей справочников, а отражение того, как устроено само понятие.

Алекситимия — это характеристика, распределённая в популяции: у кого-то она выражена слабо, у кого-то сильно, а между крайними точками есть множество промежуточных вариантов. Такие вещи описывают как измеряемое свойство, а не как «есть болезнь» или «нет болезни». Именно поэтому её оценивают опросниками и говорят о степени выраженности, а не о «положительном результате анализа».

Диагноза нет ещё и потому, что сама по себе алекситимия не описывает страдание. Человеку может быть вполне комфортно, если окружающие принимают его стиль общения. Проблемы появляются в конкретных ситуациях: в близких отношениях, в psychotherapy, при необходимости объяснить врачу, что беспокоит, при столкновении с сильным стрессом.

Практический вывод простой: алекситимию не «ставят» и не «выявляют» самостоятельно по статье в интернете. Её учитывают как одну из особенностей — рядом с основным запросом, с которым человек приходит к специалисту.

Откуда пришёл термин

Понятие появилось в психосоматической медицине в начале 1970-х годов. Психиатры Джон Немия и Питер Сифнеос наблюдали пациентов с телесными жалобами, у которых плохо получалось говорить о своих переживаниях и фантазиях. Сифнеос предложил для этого слово «алекситимия».

У идеи были предшественники. Ещё в конце 1940-х американский психиатр Юрген Руеш описывал «младенческую личность» — людей, чьи эмоции выражаются скорее телом и действием, чем словом. Во французской психосоматической школе Марти и де Мюзан в начале 1960-х писали об «оператуарном мышлении»: человек подробно и деловито рассказывает о событиях, но будто не участвует в них чувствами.

Отдельная линия — исследования мозга, где высказывалась мысль о «висцеральном мозге», тесно связанном с телесными процессами. Все эти наблюдения сходились в одной точке: у части людей эмоция как будто не доходит до уровня слова.

Первые описания делались на клинических выборках — пациентах с психосоматическими жалобами. Поэтому переносить их на всех людей без поправок нельзя, и более поздние исследования это подтвердили.

Как алекситимию измеряют

Самый известный инструмент — Торонтская шкала алекситимии TAS-20, созданная канадскими исследователями Бэгби, Паркером и Тейлором в 1990-х годах. В ней 20 утверждений, которые человек оценивает по шкале согласия, а результат раскладывается на три подшкалы: трудность идентификации чувств, трудность описания чувств и внешне ориентированное мышление.

Для итогового балла обычно используют пороги: значения около 61 и выше рассматривают как высокий уровень, а примерно 52–60 — как промежуточную зону. Эти границы условны и служат для исследовательских и ориентировочных целей, а не для постановки диагноза.

Есть и другие инструменты. Опросник BVAQ, разработанный Бермондом и коллегами, отдельно измеряет когнитивную сторону — понимание и описание чувств — и аффективную, то есть насколько живо человек переживает эмоции. Новer опросники вроде Perth Alexithymia Questionnaire оценивают отдельно чувства приятные и неприятные. Это важно, потому что у части людей трудность касается в основном негативных переживаний, а радость они распознают нормально.

Главное ограничение у всех этих методов общее: это самоотчёт. Человеку, которому трудно назвать свои чувства, нелегко оценить и собственные трудности — он может их недооценивать или, наоборот, приписывать себе лишнее. Поэтому результаты всегда рассматривают в контексте, вместе с историей жизни и тем, как человек живёт, а не изолированно.

Чем алекситимия отличается от депрессии, аутизма и просто сдержанности

Эти понятия часто путают, а различие важно: от него зависит, куда обращаться и на что рассчитывать.

При депрессии чувства есть, но они притуплены или подавлены. Человек чаще может описать состояние словами: пустота, тоска, тяжесть, ничто не радует. Алекситимия же обычно обнаруживается в биографии задолго до эпизода и сохраняется после него.

При расстройствах аутистического спектра трудности шире: они касаются социального понимания в целом, включая чужие эмоции и подтекст общения. Алекситимия — прежде всего про собственные переживания, и она встречается у нейротипичных людей, не связанных с аутизмом. Два этих состояния могут сочетаться, но это не одно и то же.

Эмоциональная сдержанность или усвоенная в семье привычка не говорить о чувствах — это про выражение. Внутри человек часто прекрасно понимает, что с ним, просто не показывает. При алекситимии затруднено само понимание.

Похожий внешне, но другой по механизму случай — защитное избегание после тяжёлых событий. Тогда нечувствительность бывает временной реакцией, а не устойчивой чертой, и может смягчаться по мере восстановления.

Что делать, если трудно понять, что вы чувствуете

Первый шаг — отказаться от идеи, что вы должны сразу выдать «правильное» название чувства. Задача звучит иначе: научиться замечать сигналы и строить гипотезы, которые можно проверять и уточнять.

Начинать логично с тела, потому что оно доступнее слов. Ниже — последовательность, которую можно пробовать без опасения «сделать неправильно».

• В течение дня несколько раз задавайте себе вопрос: что сейчас происходит в теле? Напряжены плечи, тяжело дышать, сжаты кулаки, тепло в груди?
• Оценивайте интенсивность по шкале от 0 до 10. Это даёт язык для силы переживания, даже если названия ещё нет.
• Начните с небольшого набора: злость, страх, грусть, радость, отвращение, стыд. Различать оттенки можно позже.
• Ведите короткий дневник по схеме: ситуация — ощущение в теле — возможное чувство — что хотелось сделать. Достаточно трёх строк в день.
• Формулируйте вслух как вопрос: «похоже на раздражение?» Так снимается давление правильного ответа.
• Сверяйте чувство с поведением: если я повышаю голос и ухожу от разговора, это больше похоже на злость или обиду.
• Попросите близкого человека предлагать варианты, но не принимать их как истину и не обязать себя соглашаться.
• Не давите на себя и не требуйте немедленных инсайтов: это навык, который растёт месяцами.

Чем здесь может помочь психотерапия

В работе с алекситимией применяют разные подходы. В когнитивно-поведенческой терапии часто добавляют работу с эмоциями и телесными ощущениями. В психодинамической терапии внимание уделяют тому, как переживания проявляются в отношениях с терапевтом. Отдельно развивается терапия, основанная на ментализации, — она учит замечать и удерживать в сознании свои и чужие состояния.

Данные о том, насколько здесь помогают практики осознанности, неоднозначны: у части людей они улучшают чувствительность к телесным сигналам, у других такой эффект не подтверждается. Это ещё одна причина выбирать метод вместе со специалистом, а не по совету из интернета.

Если рядом есть депрессия, тревожное расстройство, последствия травмы или нарушение пищевого поведения, работать стоит прежде всего с ними. Алекситимия часто идёт как сопутствующая особенность, и по мере улучшения основного состояния её выраженность порой снижается.

Отдельно стоит сказать о лекарствах. Алекситимия не лечится препаратами, и не существует таблетки «от непонимания чувств». Если же врач назначил медикаменты по другому поводу, самостоятельно отменять их нельзя — это может навредить.

Когда стоит идти к специалисту

Сама по себе алекситимия — не повод срочно записываться к врачу. Поводом становится то, что идёт рядом с ней или мешает жить.

Обратиться к психотерапевту или психиатру стоит, если месяцами держится подавленность или тревога, если нарушен сон и аппетит, если близкие отношения разрушаются из-за невозможности объяснить, что с вами происходит, если есть постоянные телесные жалобы без объяснения. При нарушениях пищевого поведения, зависимости или самоповреждениях помощь нужна без промедления.

Если появляются мысли о смерти или желание причинить себе вред, ждать нельзя: это состояние требует срочной помощи. В экстренной ситуации в России можно звонить по единому номеру экстренных служб 112 или в скорую по 103.

Отдельная тема — помощь близким. Родственникам бывает полезно узнать, что молчание и «ничего не чувствую» — не холодность и не манипуляция, а ограничение, с которым человек живёт. Это уменьшает обиду и делает разговор спокойнее.

Частые вопросы